Мониторинг политических событий в Украине. Февраль 2004

В феврале 2004 года произошли серьезные изменения во внутриполитической жизни страны. 1 февраля Президент Украины Леонид Кучма публично объявил о том, что не собирается баллотироваться на третий президентский срок. 3 февраля на внеочередной сессии ВРУ конституционным большинством была утверждена очередная версия политической реформы. В результате этих событий значительно изменились стратегические перспективы политического развития страны.

Политический февраль начался с интервью Леонида Кучмы телевизионной программе “Эпицентр”, в котором он сделал ряд важных заявлений. Ключевым из них стал отказ Президента идти третий раз на соискание высшей должности в стране. Этот мессидж был адресован многим в Украине и за ее пределами. Исторический масштаб и значение того, что произошло мы сможем оценить в полной мере, видимо, позднее. Сегодня же попробуем сосредоточиться на политических причинах и последствиях этого решения.

Почему именно сейчас?

Несомненно, что в течение практически всего второго срока президентских полномочий, Леонид Кучма подвергался внешнему давлению, причем давление это шло по нарастающей. Украинского президента за это время нечасто видели в западных столицах, но очень часто упоминали во влиятельных западных СМИ в связи с различными скандалами. Очередной виток прессинга начался после решения Конституционного суда Украины о том, что Леонид Кучма имеет юридическую возможность баллотироваться на третий срок. Кульминационной точкой стало принятие жесткой резолюции ПАСЕ по украинскому вопросу от 29 января, которая содержала угрозу приостановления членства Украины в Совете Европы. Параллельно по дипломатическим и приватным каналам Леониду Кучме ясно давали понять, что ему пора уйти, взамен обещая лояльное отношение и, как выразился Президент Польши Квасьневский “свои приятные стороны в клубе бывших президентов”. В результате Леонид Кучма оказался перед реальной возможностью стать “предпоследним” в Европе диктатором после Александра Лукашенко.

Иными словами, на Западе у Кучмы-3 не было никакой перспективы.

Примерно в эти же дни, а именно 23-24 января состоялся официальный визит Президента Российской Федерации Владимира Путина в Киев, по итогам которого стало очевидным, что и Кремль весьма прохладно относится к сценарию “третий срок” и заинтересован в обновлении украинской политической элиты. Между тем, Россия была тем партнером, во многом благодаря которому Леониду Кучме удалось пережить кассетный скандал.

Таким образом, Президент оказался без сколь-нибудь влиятельной внешнеполитической поддержки.

Ситуация внутри страны была ненамного лучше. Низкий уровень популярности действующей власти и лично Леонида Кучмы у населения, наличие влиятельной и решительно настроенной оппозиции, неуверенность в том, что ближайшее окружение сохранит верность главе государства в критической ситуации – вот те факторы, которые создавали предпосылки для украинской модификации так называемого “грузинского сценария”.

Президент ушел просто потому, что в данной ситуации у него не было иной альтернативы.

В течение нескольких дней после телеинтервью мир получил дополнительные сигналы, что решение окончательное и пересмотру не подлежит. Так, из законопроекта №4105 была изъята норма о выборах Президента в Верховной Раде и положение, предусматривающее избрание судей Конституционного Суда на 10 лет. Леонид Кучма, наконец, подал в парламент представление о ротации членов Центризбиркома. Правительство оперативно приняло политическое решение по направлению использования нефтепровода “Одесса-Броды”.

На то, что решение окончательное указывают и косвенные обстоятельства. Например, объявив о намерении создать свой фонд стратегических оценок, Президент впервые публично обозначил один из возможных вариантов своей политической пенсии. Раньше об этом не могло быть и речи.

Или совсем свежий пример. Буквально на днях глава государства наложил вето на печально известный законопроект №4000-1 и подверг его авторов уничтожающей критике. Де-факто – первого вице-премьера, и по совместительству министра финансов, Николая Азарова.

Между тем, Азаров – это одна из ключевых фигур на которые опирался политический режим в течение второго срока президентских полномочий Леонида Кучмы. Николай Азаров – из тех номенклатурных тяжеловесов, кто всегда подчеркивал собственную политическую незаангажированность и личную преданность Президенту, и которые традиционно были опорой президентской власти. Сегодня у Леонида Кучмы нет критической потребности в таких людях. Суперлояльность перестала быть востребованной. Востребован будет тот, кто предоставит главе государства необходимые гарантии.

Что означает уход Президента для украинского общества?

Это шанс избежать критического варианта развития страны в диапазоне от белорусского до грузинского сценариев.

Это шанс окончательно закрепить политическую традицию передачи власти в соответствии с законными процедурами.

Это шанс на либерализацию политических отношений в стране и внутри самой власти.

Что означает уход Президента для политической элиты?

Прежде всего, что он намерен передать власть в октябре 2004 года. Ключевой вопрос сегодня – кому? Не только в персональном, но и в институциональном смысле. Ответ на этот вопрос будет дан в период с февраля по октябрь.

Публичные заверения Леонида Кучмы о том, что он не пойдет на третий срок и исключение из законопроекта №4105 нормы о выборах главы государства в Верховной Раде значительно изменило смыслы конституционной реформы и стратегические контуры политического развития страны. Элиты 1 февраля получили от Президента мощные сигналы. Любопытно, что они, похоже, оказали дезориентирующее и дезинтегрирующее воздействие не только на политических сторонников власти, но и на оппозицию, которая расценила их как очередную хитроумную комбинацию Банковой, направленную на преемственность режима, а не смену политической системы путем институциональных изменений.

Что же касается правящей группы, то у нее может возникнуть совершенно иной “оптический эффект”. Провластные элиты в целом, и парламентское большинство в частности, после февральских заявлений и действий Леонида Кучмы, не исключено, начнут воспринимать действующий политический режим как временную администрацию. Речь идет, разумеется, не о вакууме власти, но об изменении психологического климата и политической мотивации внутри самой структуры власти.

В этом заложено достаточно большое количество рисков для коллективного, группового проекта, который пытаются реализовать политические силы лояльные к власти. К примеру, наиболее влиятельные и ресурсообеспеченные элитные группы наверняка в ближайшее время попытаются вывести свою политическую деятельность из формата субординации по отношению к Банковой. И перевести ее, по меньшей мере, в режим координации, согласований и урегулирований с Администрацией Президента.

Более того, осознание собственных долгосрочных, выходящих за временные границы легитимности нынешней власти, интересов может привести многие партии и группы к обособлению, “автономизации” своих политических позиций и стратегий развития. Причем это касается не только большого электорального цикла 2004-06 гг. Эта мотивация существенно повлияет и на отношение к конституционной реформе. Пожалуй, ключевым принципом действий относительно реформы станет пошаговость, когда сверка позиций и координация усилий будет производиться после достижения каждой локальной цели – принятия пропорционального избирательного закона, закона о выборах в органы местного самоуправления, согласования процедуры внесения изменений в Конституцию и так далее. А, следовательно, увеличится вероятность существенной коррекции конечной цели и смен составов в промежуточных ситуативных коалициях, что усложнит продвижение совместных проектов.

Вышеизложенное, по нашему мнению, ставит под сомнение реальность единых централизованных политических сценариев как в лагере власти, так и в лагере оппозиции. Решения принятые на внеочередной сессии 3 февраля значительно отдалили друг от друга вчерашних политических партнеров и во многом снивелировали значимость формата “власть-оппозиция”. Кроме того, следует учитывать, что текущий политический момент создает благоприятную почву для появления множества новых больших и малых интриг, гибких и “быстрых” коалиций и альянсов.

В результате многое становится с ног на голову. Так, столь очевидная еще совсем недавно безальтернативность Виктора Януковича как единого кандидата от власти на президентских выборах, сегодня выглядит уже не столь бесспорной, причем и для самого премьера в том числе. Действительно, в случае успеха реформы премьер вполне может отказаться от чести быть единым кандидатом. О чем премьер совсем недавно и намекнул, заявив, что не против поработать на посту главы правительства до 2006 года. Это вполне понятно и разумно, если учесть, что после внесения изменений в Конституцию объем полномочий, политический вес и влияние премьера значительно возрастут.

Однако незамедлительно возникает вопрос – устроит ли премьер Янукович с полномочиями зафиксированными в законопроекте №4105, скажем, объединенных социал-демократов или трудовиков? Да еще при вполне вероятном президенте Ющенко?

Очевидно, что такой поворот событий категорически не вписывается в политические расчеты сегодняшних друзей донетчан по парламентскому большинству и парламентско-правительственной коалиции. В этой связи особую политическую актуальность приобретают слушания в Верховной Раде по вопросу выполнения программы деятельности Кабинета министров. Решение парламента заслушать отчет правительства уже 16 марта можно расценивать как предупреждение донецким о том, что позициями в правительстве придется поделиться. С одной стороны, в соответствии с буквой закона, Рада не может в этот день отправить кабинет Януковича в отставку, поскольку программа была принята 17 апреля 2003 года. С другой, 366 депутатских голосов за столь раннюю дату, цифра достаточно внушительная, указывающая на то, что за подстраховку от возможной отставки премьеру придется расплачиваться.

Можно предполагать, что минимальные потери, которыми отделается правительство, станет частичная ротация его состава. Скорее всего – направленная на уменьшение удельного веса донетчан. Первый претендент – Николай Азаров. Речь не обязательно пойдет об отставке, но вопрос разделения должностей первого вице-премьера и министра финансов наверняка будет поставлен.

Очевидно, что вызревает новая внутриэлитная интрига, в центре которой оказывается фигура Виктора Януковича, а точнее – его должность. Премьер стоит сегодня перед опасностью, что его просто поставят “в размен” в ходе проведения политической спецоперации.

К примеру, пост главы государства, который, вне сомнений, останется важным элементом в общей структуре власти, но перестанет быть монопольным центром принятия решений, в результате негласных договоренностей отдается Виктору Ющенко. Должность же премьер-министра разыгрывается в зависимости от содержания реформы. А именно – когда конкретно конституционные изменения вступят в силу – через 4 месяца после принятия решения, с 1 ноября 2004 года, с 1 апреля 2006 года и т.д. И подобных возможных схем сегодня просматривается достаточно много.

Стоит отметить, что успешное осуществление конституционных изменений инспирирует цепочку новых “пакетных переделов” власти и подвергнет окончательной эрозии политический формат “власть – оппозиция” в его нынешнем виде.

Проведение внеочередной сессии Верховной Рады 3 февраля и принятые на ней решения стали триумфом Александра Мороза. По сути, реформа в формате Банковой была свернута и роль главного архитектора конституционных изменений перешла от Виктора Медведчука к лидеру социалистов. После того как стало очевидным, что в реальности даже с учетом голосов КПУ необходимые триста голосов не набираются, обладателем “золотой акции” стал Александр Мороз. Именно от его позиции сегодня во многом зависит дизайн будущей политической системы и главный социалист пользуется этим сполна. Казалось, что большинство выполнило уже все его требования, однако на днях стало известно, что Мороз настаивает на выборности губернаторов.

Не исключено, что этим преследуются несколько целей. Кроме того, что это может быть подготовкой для старта в избирательной кампании, за этим просматривается настойчивое желание выстроить собственную административную базу в регионах, где социалисты пользуются наибольшей поддержкой населения. И хотя в последнее время участились разговоры о том, что Александр Мороз в качестве Президента Украины будет едва ли не идеальной фигурой, которая устроит буквально всех и вся – Галичину и Донбасс, Запад и Россию, общество и элиты – все же думается лидер социалистов сделает все, что в его силах с тем, чтобы октябрь-2004 не воспринимался как последний шанс на личную политическую перспективу.

На фоне активности своего союзника (бывшего?) и общей политической динамики февраля “Наша Украина” выглядела откровенным аутсайдером, не успевая оперативно и адекватно реагировать на ход событий. В конце месяца нашеукраинцы предприняли попытку переломить тревожную для себя тенденцию и опубликовали на своем сайте собственную версию изменений Основного Закона. Этот шаг был воспринят большинством политических сил как попытка дестабилизировать проведение конституционной реформы. Удостоился он и негативной оценки Президента.

Однако данную акцию можно интерпретировать и как попытку инкорпорироваться в политический мэйнстрим – конституционную реформу – хотя бы на равных основаниях с остальными субъектами процесса. Однако складывается впечатление, что эти действия явно запоздали. Они были к месту еще несколько месяцев назад и открывали бы для фракции Виктора Ющенко неплохую возможность влиять на подготовку реформы соразмерно политическому весу и влиянию “Нашей Украины”. Тогда НУ сознательно самоустранилась от процесса, полагая, и на тот момент – небезосновательно, что шансы на прохождение реформы минимальны.

Впрочем, говорить о том, что “Наша Украина” со своей ставкой на рейтинг Виктора Ющенко и октябрь 2004 года проиграла – преждевременно. Внесение изменений в Основной Закон пока не факт, и наиболее многочисленная фракция сохраняет возможности влиять на ход событий на всех этапах, каждый из которых может стать фатальным для реформы – от принятия пропорционального закона до непосредственного постатейного голосования за законопроект №4105.

Что касается закона о выборах в Верховную Раду, то уже сейчас можно предположить, что НУ не будет поддерживать ни один законопроект, кроме как версию Ключковского-Рудьковского с барьером в 4% (или выше).

Этот вариант противодействия реформе имеет некоторые шансы на успех. Ведь в этом вопросе у Виктора Ющенко есть ситуативные союзники, пусть и с противоположной мотивацией, в виде значительной части мажоритарного корпуса Верховной Рады. Это подтверждается и недавними демаршами депутатских групп “Народовластие” и “Народный выбор”, которых категорически не устроил даже, казалось бы, уже согласованный порог барьера в 3% для политических партий и 6% для блоков.

Другое дело, что мажоритарщики не могут не понимать – даже сыграй они сегодня на стороне Ющенко, это не снимает для них проблему. В случае, если лидер НУ осенью переедет на Банковую, принятие пропорционалки, возможно, в еще менее устраивающем одномандатников формате, станет делом времени.

У “Нашей Украины” имеются в наличии и другие возможные превентивные меры. Количественно фракция вместе со своим ближайшим союзником БЮТ насчитывает порядка 120 депутатов. Для того, чтобы торпедировать конституционную реформу, достаточно привлечь на свою сторону одну-две, пусть даже небольшие, депутатские группы взамен на поствыборные преференции.

www.igls.com.ua